Короткий курс психічного здоров'я

Мир это ад. Мы просто маленькие и недовольные искорки в очень пустом и непонятном для нас пространстве.

Некоторые мои друзья несчастны, постоянно копаются в себе, ходят к психотерапевтам, портят жизнь себе и людям — и в результате все равно несчастны и не понимают, почему. Поэтому я решил, что будет полезно вкратце рассказать о моей жизненной, кхм, как бы философии. Я не уверен, что это кому-то поможет, вряд ли вы сразу станете менее несчастны (да и потом — тоже вряд ли), но ответ на вопрос «почему» у меня есть, а это уже что-то.

Вы несчастны, потому что вы живете в аду.

Тут, конечно, пытливый ум сразу задается новым «почему», но ответа на это «почему» уже нет. Вы же не спрашиваете, почему вы живете в Воронеже или в доме номер восемь. Ваши родители жили в Воронеже, ваши дедушка и бабушка жили в доме номер восемь, и все эти адреса находятся в аду.

Так вышло.

Это не самый очевидный факт в мире, потому что мы живем в аду давно, мы к нему привыкли, приноровились, и у нас есть IKEA. С бытовой точки зрения ад выглядит неплохо, мы мало-мальски обустроили его, провели водопровод, подключили газовую колонку и интернет. Нам сложно понять, что мы живем в аду еще и потому, что в книжках ад описывается совсем уж неприятно и совершенно с другим интерьером. Считается, что в аду необходимо постоянно испытывать физические и душевные муки плюс там фиговая мебель и постоянно что-то горит.

Я ад понимаю расширительно. Ад — это мир, который не приносит радости.

Это звучит немножко более знакомо, правда?

Теперь я могу чуть точнее переформулировать свой первый и единственный тезис.

Вы несчастны, потому что вы живете в аду и не понимаете этого. Вы ждете от мира тепла и любви, но мир не может вам дать ни первого, ни второго, он совершенно не про это, он про ад. Кстати, нельзя сказать, что этот ад настроен к вам враждебно. Совсем нет. Ему просто наплевать.

Например, вы хотите, чтобы в вашей жизни появились люди, с которыми вы могли бы установить доверительные отношения. Вы хотели бы, чтобы у вас были друзья. Миру наплевать на это.

Или вы хотите преуспевать в выбранной профессии и добиться в ней больших успехов. Ради бога. Миру наплевать на это.

Или вы хотите, чтобы вами восхищались, чтобы даже незнакомые люди при звуках вашего имени улыбались и понимающе кивали. Миру наплевать на ваши желания.

При этом вы в неплохой компании. Точно так же миру было наплевать на Ницше, Шопенгауэра, принцессу Диану, Курта Кобейна и Эйнштейна. Да что там Эйнштейн. Мир плевать хотел на Стива Джобса, а этот человек подарил нам айфон. Но вот Джобса нет, а айфон все есть и есть, а потом и его не будет, потому что на айфон миру тоже наплевать. Просто айфон, в отличие от вас, это понимает и не парится по пустякам.

Ну и, в общем, мир довольно сложно обвинять в равнодушии. Если завтра кутикула на указательном пальце вдруг разговорится и сообщит вам, что вы слишком редко обращаете на нее внимание, вы тоже будете изрядно удивлены. Разница в масштабах между вами и кутикулой намного, намного меньше, чем между вами и, собственно, миром.

— Так, — говорит вселенная, — значит, вам тридцать шесть, и, эээ, у вас сложные отношения с родителями, они вас не понимают и не видят в вас личность, все верно? и от этого у вас сильный внутренний конфликт, который, эээ, приводит к тому, что вы не можете реализоваться и что-то там еще, я не могу разобрать почерк.

— Да, — говорите вы.

— Окей, — говорит вселенная. — Это действительно уникальная ситуация и серьезная проблема. Мне четырнадцать миллиардов лет, радиус обозримой моей части составляет почти 50 миллиардов световых лет, и я никогда такого не встречала. Сейчас я все брошу, перестану расширяться, поставлю энтропию на паузу и немедленно займусь вашим вопросом. Присаживайтесь поудобнее.

Ну, на самом деле, я пошутил. Мир, конечно, ничего такого не говорит. Ему наплевать. Собственно, даже слово «наплевать» слишком сильное, потому что миру, конечно, не наплевать, с точки зрения вселенной вас просто нет. Все ваши мелкие обиды, надежды и победы настолько малы, что не существуют ни во времени, ни в пространстве.

Вас для мира нет. И ваших претензий к миру — тоже.

По какой-то неведомой нам причине у маленьких и говнистых кусочков органики появилось самосознание и сразу же за этим — претензии и требования к миру, в котором они очнулись. Но эти претензии бессмысленны и беспредметны.

Никто не обещал, что будет легко. В прямом смысле, никто. Некому было обещать.

Некому жаловаться. Некого проклинать. Не с кем поговорить. В огромной и пустой, по большому счету, вселенной есть только мы.

Ну и, кстати, говоря, если бы наш невидимый собеседник все-таки существовал и мог нас слышать, он бы сильно удивился, ознакомившись с нашими записями в книге жалоб.

— Секундочку, — сказал бы он, — я хотел бы уточнить кое-что. То есть, я вас вытащил из небытия на какой-то краткий и совершенно неважный для меня миг, я дал вам кислород, сельдерей и Netflix, я дал вам северное сияние и горные реки, я придумал чихание и икоту, я дал вам все, я создал вас, я нечаянно и случайно пригласил вас в свой кинотеатр с огромным экраном — и вы еще чем-то недовольны? Да с чего вы взяли, что это все вообще для вас? Кто-то из вас заплатил за билет? А покажите корешки.

А у нас нет корешков. У нас вместо них длинный список претензий и ожиданий. Но эти претензии некому предъявить, потому что мы живем в аду.

И самое важное (и обидное) — этот ад не был построен специально для нас. Он просто был, мы тут гости.

Собственно, это не ад даже, адом он становится только потому, что мы плохо понимаем контекст и ожидаем от мира того, что он в принципе дать нам не может.

В тех местах, где мы хорошо понимаем контекст, у нас проблем не возникает. Ни один русский турист не выходит на улицы Бангкока и не воет, потому что ему остро не хватает гречки. В ресторане никто не требует показать ему кино. В театре никто не ожидает ярких визуальных эффектов, мы пришли туда осознанно и понимаем, что у театра есть свои ограничения.

С миром у нас с самого начала все пошло не так, потому что мы повелись на всякие мелочи и не сразу поняли, что это ад.

Мир как ад это, кстати, не очень свежая мысль, она есть в любой мало-мальски развитой религии, я тут никаких америк не открыл, но просто религии тоже прошли большой путь, и в какой-то момент в каждой из них появились маркетологи, которые поняли, что со слоганом «мир это ад» корову не продашь.   Так появились всякие идеи про загробную жизнь и другие ништяки.

Тогда же появилась вторая идея — будто бы богам есть до нас дело.

Обе идеи совершенно контринтуитивны. Вселенная ведет себя честно и последовательно объясняет нам, что это не так — и нет, мелкий клерк не может прийти к CEO, если у него источился карандашик, потому что в мире CEO нет ни карандашика, ни клерка.

Почему бог должен вести себя иначе? Почему это бесконечное и безвременное существо, присутствующее на всех планах бытия, вообще должно принимать во внимание, что ваша жена в очередной раз недосолила лапшу и значит, она вас не любит? Могла бы уже и запомнить, право слово.

Но в то же время эти идеи слишком привлекательны и слишком хорошо продаются, чтобы от них можно было отказаться. Даже буддизм, который сопротивлялся дольше всех, и тот, в конце концов, сдался.

— О, в этот тарифный план теперь входит реинкарнация? Отлично. дайте два.

Мир это ад. Вы умрете. Все ваши враги умрут. Все ваши друзья тоже умрут. Солнечная система исчезнет и превратится в межзвездную пыль. Мы это просто маленькие и недовольные искорки в очень пустом и непонятном для нас пространстве.

Сами видите, это не выглядит очень привлекательно. Но это очень похоже на правду. И это освобождает.   Потому что если принять, что вы живете в аду, то все не так уж плохо. Реально, если бы ад проектировали специально под нас, его можно было бы сделать намного, намного неприятней.

А так у нас есть горные реки, северное сияние, чихание и икота. И можно найти место с хорошим видом. У нас есть электричество, отопление, горячая вода, Netflix, «Игра престолов» — да, уже не та, но все равно ведь неплохо, мы же все равно ее смотрели только ради сисек и драконов. У нас есть IKEA, наконец.

И никто никому ничего не должен, потому что никого из нас, в общем-то, нет — а даже если и есть, то скоро не будет.

Мне кажется, просто логично немного отпустить все эти поляны и долины, освободить их от наших ожиданий и требований, принимать их такими, как есть. А потом то же самое сделать с другими людьми.

Это не очень просто, у меня тоже не всегда получается, хотя про ад я не вчера придумал. Но это очень полезно. И тогда каждое маленькое потепление будет в радость, и каждая радость тоже будет в радость.  Если вы понимаете, что по умолчанию вам положено ничего, то вам не будет казаться, что вам чего-то недодали.

И если люди вокруг вас ведут себя по-старому, если они что-то требуют от вас, если у них есть мнение, чем вы должны заниматься, как себя вести, как чувствовать, то не злитесь и простите их.

Они не со зла. Они не ведают, что творят.

Просто они живут в аду, а это очень трудно.

Они живут в аду и не понимают этого.

В отличие от вас.

Владимир Гуриев

Прочитать оригинал поста Владимира Гуриева с комментариями читателей его блога можно здесь.

Антон Клубер/ автор статті

Антон вже більше десяти років міцно утримує почесне місце головного редактора сайту, блискуче проявляючи свої професійні навички журналіста. Його глибокі знання в області психології, відносин і саморозвитку гармонійно поєднуються з захопленням езотерикою і кінематографом.

Завантаження...
Розуміємо життя глибше